canis_australis (canis_australis) wrote,
canis_australis
canis_australis

Истории. Жизнь в Ольгино. 1.

Маша спрашивает с утра, можно ли проехать в город. Ей отвечают, что водители не доехали, бросили машину перед переездом и идут пешком. Но Маша не верит, или надеется на чудо. И через полчаса за ней не едет трактор, потому что хозяйка базы, с которой уехала Маша, не считает нужным отправлять технику расчищать общественные дороги. А в поле уже целая пробка. В ста километрах от города, в переметенном снегом и сугробами поле, пробка. Крайним машинам непонятно почему, они стоят и ждут. А первые машины не могут сдать назад потому что за ними уже пробка. А колея только одна. Через каких-то сколько то часов приезжает общественная техника и расчищает дорогу. Как расчистили машины, история умалчивает.

Два часа ночи второго января. Тридцать градусов below zero. Администратора гостиничного комплекса будят нетрезвые клиенты, жалуются на холод и просят одеял. Мы отдаем все свои одеяла, даже походный спальник. И когда мы все поднимаемся чтобы найти одеяла, выясняется, что в нашем доме тоже холодно. И что у нас сломалось отопление. Мы всю ночь чиним отопление. Я сижу внизу, чтобы всем не казалось, что я равнодушная и безответственная, делаю вид, что готова помочь если что. Но мужчины во всю решают проблемы мирового потепления(похолодания) с технической стороны, и я дремлю с ощущением, что есть кто-то сильнее/умнее тебя и тебе не нужно ничего решать. Это ощущение успокаивает сильнее горячего вина. И пусть хоть минус десять, есть много носков, три шубы, и умные мужчины, которые что-то решают.

Вечер тридцать первого января. Его расписание мне было известно за несколько дней. Но желая прояснить моменты, я подхожу к боссу уточнить, можно ли мне вечером уехать. Босс свято верит, что тридцать первого января может случиться что угодно страшное, а вся гостинница сдана, много людей, и что мне обязательно надо быть на работе. Хотя за пару дней до тридцатьпервого, мама босса отпустила меня на праздники домой. И вот я хожу из угла в угол как дурной волк, пытаясь разобраться, строю ли я из себя свою любимую жертву, злясь на природу, пойду ли я войной на мировое господство, или просто возьму и уеду. В попытке поговорить о мировом господстве босс поворачивается ко мне спиной и уходит, бросая, что она мне все сказала. И вот я мечусь, не зная, как разговаривать со спинами, и кто же все таки босс - тот, кто меня отпустил, или тот, кто поворачивается спиной. Чуть ли не в истерике я звоню маме босса, та меня успокаивает, ссылаясь на ту самую природу, и я вроде бы со спокойной совестью уезжаю домой. Загружаю такс и в молоке огней и теней, они едут стодвадцать километров до дома чтобы встретить новый год с Яной, Багирян, мистером Птицем и Димой. Но вопрос, как разговаривать со спиной и как быть с мировым господством, не дает мне покоя по сей день и истерика, испытанная мной на грани нескольких личностей во мне, до сих пор сидит комком в горле.

Сугрообы тут - выше головы. Люди интересные, несчастные, закрытые, странные. Я работаю берейтором на фермерском хозяйстве недалеко от Волоколамска. Дима считает, что мне тут не место. Уже четыре месяца как мы переехали сюда с Толстуном, Нолой, Лилу, и небольшим скарбом в полторы машины. По дороге книги из пакета свалились коню под ноги и он бедный ехал с этим, и даже ничего не сказал. Еще мы потеряли суперДуперт (берейторский стэк), щетки коня, добытые путем в несколько лет и ценой некоторых денег (поэтому это обидный момент). В какой-то момент по дороге открылась дверь багажника. Когда мы сюда переезжали, мне думалось, что у меня нет дома, у меня точно не было машины, не было умных мужчин рядом, были только таксы и конь. И книги. Теперь есть дом, мужчины, машина, которая за два месяца проехала уже пять тысяч километров, и внутреннее спокойствие, что что бы ни случилось, это останется со мной. Раньше мне казалось, что уйди я с работы, земля под ногами разверзнется, оттуда выскочат гиенны, или еще богзнаетчто и будут вопить: кто будет платить по кредиткам????? Сейчас платежей больше, но стало пофик. Все равно как-то все образуется.

Трасса Рига. Час ночи. Две полосы. Недавно прошел снег и дорога белая белая. Мелькает в свете фар под капот бешеной сменой белых и серых точек. Точнее, снег не прошел, снег идет. И с каждой секундой усиливается. Ты едешь сто, потом 80, вот уже 60, в глаза лезут тысячи прозрачных мохнатых бабочек и мельтешат мельтешат, сливая дорогу, горизонт, небо, в один сплошной поток воздуха, несущегося тебе навстречу. Голова начинает кружится, вот уже 40, а тебе кажется, что ты несешься с бешеной скоростью, машину кидает. И тебе приходится остановиться подождать снегопад. Потому что так ты ехать точно не сможешь. А потом ты застреваешь. И не можешь тронутся. Колеса провалились в обманчивую корку снега на обочине. Встаешь в свет фар, предварительно съев шоколадку, и тормозишь машины. Нашли тросс, нашли заглушку с крючком, вытянули. Не хочу больше ездить ночью в снегопад. Бросает в жар только от воспоминания об этом жутком космосе.

Скоро будут новые истории...
Subscribe

  • Про тягу сознания подчинятьс себе чёрные дыры и немного о человеческой эфемерности

    Это 25 февраля какого-то года. Лет через десять будет уже не важно, какого. Мне было 33. Я читала по нескольку месяцев Экзюпери, потом гуглила цитаты…

  • Про Москву

    Москва не засыпала, а словно болотистый Питер, уходила из серого и дождливого в серо-синий и дымчатый цвет. Я исколесила ее от севера на юг и много…

  • Удивляться

    На середине пути становится понятно, где и как сажать цветы, ведь путь закольцован. На середине пути хочется его украсить, появляется время на…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments